Харьковское общество психоанализа и психотерапии
Харьковское общество психоанализа и психотерапии
Харьковское общество психоанализа и психотерапии
Харьковское общество психоанализа и психотерапии

Кинофильм "Шоу Трумана"



Эссе к кинофильму «Шоу Трумана»

     Фильм австралийского режиссера Питера Уира, снятый в 1998 году, рассказывает нам о Трумане Бербанке, который после рождения был «законно усыновлен корпорацией» с тем, чтобы стать звездой масштабного реалити-шоу. Все в жизни Трумана злокачественно фальшиво и на протяжении фильма мы, зрители, с ужасом можем наблюдать последствия подобного эксперимента.

     Фильм «Шоу Трумана» поднимает множество вопросов для размышления – феномен вуайеристского пристрастия к реалити-шоу, манипуляции религиозно-политических организаций и средств массовой информации; а также особенности психических процессов, активизирующихся при размытии границ между реальностью и фантазией. Ведь, безусловно, одна из важных тем данного фильма – что есть истинно, а что фальшиво? Что есть правда, а что ложь? Труман на протяжении фильма балансирует между паранойей и истиной. Возможно мы, как зрители, способны разграничить эти аспекты, выступая в качестве наблюдающего Эго. Однако, как справится герою, находящемуся внутри непростой ситуации? Как говорят, если у вас паранойя, это не значит, что за вами не следят.

     Во многом эмоциональный отклик на этот фильм пронизан чувством ужаса и отчуждением, ведь переживание фальшивости и безликости вызывает внутреннее неприятие. Начало фильма (до того, как мы больше узнаем о происходящем) представляется плоской, двумерной и дистиллированной реальностью. В этой реальности невозможно развитие, спонтанность и истинные объектные отношения. Лишь «кусочки реальности» (упавший софит, лифт без задней стенки и нарушение работы радиоприемника) позволяют герою задуматься о той ловушке, в которой он живет.

     Однако обратимся к личности Трумана, воспитанного в ситуации садистического злоупотребления. Мы видим, насколько устойчиво в Трумане ложное Селф – шаблонные действия, выражения («доброе утро, добрый день и добрый вечер»). У него есть все конвенциональные атрибуты (жена, дом, работа), определяющие его как взрослого. Однако, в начале фильма Труман представляется нам подростком, соглашающимся с социальными и семейными требованиями и чувствующий невозможность выражения собственного Я.

     Лучше понять Трумана нам может помочь концепция Д. Винникота, объясняющая условия формирования ложного Селф – посягательство. Посягательство может проистекать из неадекватной доступности матери или из насильственного навязывания родителем своих взглядов и приоритетов. Так, Труман оказался зажатым в фальшивом, неаутентичном и притворном отношении к миру, в то время как его истинное Селф скрыто и защищено (в фильме мы видим комод, в котором он хранит свои воспоминания и фантазии). Для того, чтобы иметь возможность проявить себя, необходима поддержка внутренних объектов. Но родные Трумана фальшивы. Даже проникновенная речь его друга – всего лишь текст суфлера. Единственное, на что Труман может опереться – это фантазия о Сильвии, девушке, которая пыталась рассказать ему правду и вытащить его из фальшивого мира. Он лелеет эту фантазию, позволяющую ему заглядывать за пределы созданного для него мира. Увидев отца, Труман также пересматривает свою реальность. Как мы видим, одним из способов удержать Трумана было садистическое создание фобии воды, а также стимулирование чувства вины за смерть отца. Но Труман мечтает сбежать – на Фиджи, что представляется ему «обратной стороной Луны» его привычного мира.

     Интересно, что образ Кристофа можно представить и как лишающую свободы мать, так и контролирующего и жестокого отца. Но мы видим, насколько Кристоф объективизирует Трумана. «Ты – моя звезда» говорит он Труману, что указывает нам на нарциссическое расширение, характеризующее их отношения. Кристоф создал (как ему кажется) идеальный мир для Трумана и требует, чтобы он оставался в этих рамках и удовлетворял потребности «создателя».

     Финал фильма представляет собой морское путешествие как метафору жизни, столь часто используемую в литературе. Чтобы обрести себя, избавится от фиктивной роли, воспользоваться своими внутренними ресурсами и справиться с невзгодами. Борьба Трумана со стихией превращает его из творения своего отца в зрелую личность.

     Когда мы видим, как Труман пытается сбежать, мы идентифицируемся с его истинным Я и жаждем свободы. Однако, что же ждет Трумана за дверью с надписью «Выход»? Мы понимаем, насколько непросто отказаться от ложного Я и столкнуться с неизвестным. Неизвестным в себе, неизвестной реальностью. Ведь Кристоф в чем-то прав – в его мире вся съемочная группа заботится о безопасности и благополучии Трумана. Он покидает мир, центрированный на нем. Труман кажется готовым столкнуться с новой реальностью – с ее спонтанностью, неопределенностью и болью. Чтобы истинное Я было свободно, ложное Я должно быть убито.

     Труман кланяется и покидает свой фальшивый мир, оставляя нас с весьма реальными чувствами – чувством освобождения и смутной тревоги – что же с ним будет дальше?

 

Алпатова К.С.